Поза наездницы была, насколько я понял, для Афродиты любимой. Я в этом раунде особой активности не проявлял.

Зато в следующий раз я провел ее через каскад из трех позиций, перетекающих одна в другую. Она, после небольшого отдыха и нескольких глотков шампанского, доказала, что ее красиво очерченные губы умеют не только обворожительно улыбаться, а язык – не только болтать глупости.

Я приготовился было достойно ответить на этот любовный вызов, но Афродита вдруг резко поскучнела, плотно сжала бедра и села, прижав груди к коленям.

– Что-то не так, любимая? – насторожился я.

– Да нет… Все хорошо.

– Ты устала? .

– Нет. Дело не в этом.

– У тебя какие-то неприятности?

– Ты долго будешь угадывать и все равно не угадаешь.

– Наверное, мне пора идти.

Афродита, уткнувшись подбородком в локоть и прикрыв глаза, не отвечала.

– Когда мы встретимся?

– Никогда. Не ищи меня. А сейчас – уходи, пожалуйста, уходи!

– Ты можешь объяснить, что произошло? В чем моя вина?

– Ни в чем. Это – мои проблемы. Я попыталась их решить с твоей помощью и поняла – бесполезно. Спасибо тебе – и уходи!

Я обнял ее за плечи, повернул к себе.

– Я хочу тебе помочь. И полагаю, смогу это сделать. Только объясни, в чем дело?

– У тебя есть деньги? – спросила Афродита, впервые за последние минуты подняв на меня прекрасные глаза.

– И это – вся проблема? – с облегчением засмеялся я. – Ну конечно, наше пребывание и в кафе, и на этом сказочном ковре-самолете оплачиваю я.

– Естественно, ты, – отмахнулась она. – Я не об этом. Ты знаешь, что такое виртаин?

– Только теоретически. Говорят, достать его неимоверно трудно…

– И стоит он неимоверно дорого. Но он того стоит.

– Ты что… Пробовала? – догадался наконец я.